В статье исследуется стратегическая роль международного транспортного коридора (МТК) «Север Юг» в условиях структурной трансформации глобальной экономики, усиления санкционного давления и обострения геополитической конкуренции. Цель работы заключается в анализе перспектив развития коридора как ключевого элемента евразийской транспортно-логистической системы и выявлении новых угроз и возможностей в период 2024–2026 гг. Методология. На основе системного анализа, сравнительно-географического метода автор рассматривает три основных маршрута коридора (западный, восточный, транскаспийский), оценивает их логистический потенциал, инфраструктурные ограничения и влияние региональных конфликтов, включая военную эскалацию в Иране. Проведено сопоставление МТК «Север Юг» с другими меридиональными коридорами Евразии. Результаты . Устойчивость и конкурентоспособность коридора зависят не столько от объема капитальных вложений, сколько от политической координации стран-участниц, скорости внедрения цифровых стандартов и способности гибко перераспределять грузопотоки. Выводы . МТК «Север Юг» подтверждает статус критически важного инструмента обеспечения экономического суверенитета России и диверсификации внешнеторговых связей в условиях фрагментации глобальных рынков.

Цель . Провести комплексный антимонопольный анализ Федерального закона от 31.07.2025 № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации», оценить его способность противостоять монополистическим практикам цифровых платформ, выявить системные пробелы регулирования, верифицировать выдвинутую гипотезу о недостаточности регулирования данных и алгоритмов и предложить направления совершенствования антимонопольной политики в платформенной экономике. Методология . Исследование основано на формально-юридическом методе, сравнительно-правовом анализе (сопоставление с Федеральным законом от 28.12.2009 № 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации», европейским Digital Markets Act и германским GWB Digitale), а также методах экономического анализа права. Результаты . Выявлено, что закон о платформах является продолжением идей закона о торговле, перенося в цифровую среду базовые принципы защиты контрагентов: запрет принуждения к скидкам (ст. 9), процедурные гарантии при блокировках (ст. 13, 14), повышенные сроки уведомления об изменении договора (ст. 12). Установлено, что закон не решает фундаментальных антимонопольных проблем: контроля над большими данными, алгоритмической дискриминации, вертикальной интеграции (собственные торговые марки) и связывания услуг в рамках экосистем. Критическим недостатком признан запрет на плановые проверки ФАС (ч. 4 ст. 21), что переводит надзор в реактивный режим и снижает эффективность правоприменения. Выводы . Федеральный закон № 289-ФЗ следует рассматривать как первый этап («Цифровой антитраст 1.0») формирования антимонопольного регулирования платформенной экономики. Его реальная эффективность будет зависеть от подзаконных актов, судебной практики и проактивной позиции ФАС. Обоснована необходимость принятия «Цифрового антитраста 2.0», который должен урегулировать вопросы доступа к данным, нейтральности алгоритмов и предотвращения конфликта интересов платформ-инфраструктур и платформ-продавцов. 

В условиях структурной трансформации российской экономики традиционные подходы к цифровизации бизнеса не обеспечивают долгосрочной экономической устойчивости: компании фиксируют краткосрочный прирост операционной эффективности, тогда как системные риски и официальные публичные обязательства остаются вне контура алгоритмических решений. Цель. Цель исследования концептуализировать роль искусственного интеллекта как катализатора устойчивого развития бизнеса и разработать инструментарий оценки готовности компаний к ИИ-трансформации в логике стратегической устойчивости. Методология. Методология опирается на системный, сравнительный и критико-аналитический подходы, контент-анализ нормативных актов и публикаций в рецензируемых изданиях, а также моделирование этапов интеграции алгоритмических систем в корпоративное управление. Результаты . Обоснован переход от тактической автоматизации к формированию предиктивных, адаптивных и этически верифицируемых механизмов принятия решений; предложена авторская четырехуровневая модель готовности к внедрению искусственного интеллекта, включающая критерии стратегической устойчивости бизнеса, оптимального использования ресурсов и встраивания принципов экологической, социальной и управленческой ответственности; введена концепция «коридора рентабельности устойчивого развития»; рассмотрены модели BYOA (использования собственных интеллектуальных агентов сотрудниками) и KCVS (системы оценки вклада знаний) в контексте оценки человеческого капитала в ИИ-экономике; сформулированы верифицируемые рекомендации для корпоративного управления и регуляторной среды. Выводы . Научная новизна заключается в переосмыслении ИИ-активов через призму долгосрочной устойчивости, а не операционной оптимизации; в разработке системы оценочных показателей для определения уровня цифровой зрелости организации с учетом институциональных барьеров и физической инфраструктуры; в обосновании деятельностного (субъектного) подхода к распоряжению накопленными знаниями, при котором сотрудники и подразделения рассматриваются как активные участники управления интеллектуальным ресурсом. Такой подход позволяет увязать повседневную работу со знаниями, с финансовой прочностью организации и ее способностью противостоять кризисам.

Статья посвящена анализу барьеров доступности экспедиционного туризма в регионах Северного морского пути (СМП) и роли человеческого капитала в обеспечении инклюзивности туристских продуктов. Цель . Систематизировать барьеры доступности экспедиционного туризма в регионах СМП и обосновать управление человеческим капиталом как самостоятельное направление политики арктического туризма. Задачи . Построить сравнительную оценку транспортной доступности регионов СМП; разработать и апробировать коэффициент экономической доступности; провести компаративный анализ российского и международного подходов к подготовке кадров. Методология . Исследование через сравнительный, системный и пространственный подходы; эмпирическая база включает балльную оценку транспортной доступности шести ключевых регионов СМП по одиннадцати показателям, авторский коэффициент экономической доступности (К) и компаративный анализ российского и международного опыта. Результаты . Инклюзивность арктического туризма определяется не только состоянием инфраструктуры и нормативно-правовой базы, но и уровнем человеческого капитала: квалификацией полярных гидов, наличием специалистов по инклюзивному сопровождению, компетенциями персонала в области безопасности и межкультурной коммуникации. Норвежский кейс обязательной сертификации гидов Шпицбергена (2025 г.) рассмотрен как международный ориентир. Сформулированы рекомендации по управлению человеческим капиталом как самостоятельного направления политики развития арктического туризма. Выводы . Дефицит арктических компетенций, неразвитость инклюзивных практик и отсутствие отраслевых стандартов подготовки не производные от транспортных или финансовых ограничений, а самостоятельный класс барьеров.

Цель . Цель исследования разработать модель оценки эффективности контрольных процедур, обеспечивающую оценку эффективности защиты предприятия в числовом виде, с учетом уровня цифровизации бизнес-процессов и применимую независимо от степени автоматизации процедуры (ручные, полуавтоматизированные, автоматизированные). Методология . Метод практический опыт и анализ существующих подходов к оценке эффективности внутреннего контроля и экономической безопасности предприятия. Выявлен методический разрыв, заключающийся в отсутствии единого интегрального показателя, одновременно учитывающего эффективность контроля, кадровый фактор, риск и уровень цифровизации. Для каждого из показателей разработаны расчетные формулы и присвоены удельные веса, определенные авторским методом на основе анализа значимости каждого показателя для целей экономической безопасности. Интегральный показатель построен в мультипликативной форме как произведение эффективности контроля, уровня цифровизации и величины, обратной риску. Результаты . Предложена модель, включающая девятнадцать показателей, сгруппированных в четыре блока (эффективность контроля, кадровый фактор, риск, уровень цифровизации), а также интегральный показатель К, принимающий значения от 0 до 1. Демонстрация модели, представленной на примере процесса продажи несоответствующей продукции через аукционы, показала рост показателя К с 0,028 до 0,47 после внедрения мероприятий по совершенствованию контроля, при этом ключевым фактором роста стало повышение уровня цифровизации. Выводы . Предложенная модель позволяет выявлять уязвимости системы внутреннего контроля в числовом выражении и приоритизировать направления ее совершенствования; ограничением модели является авторский характер определения удельных весов, который требует уточнения в каждой отдельной компании, в отдельном подразделении с учетом целей данного подразделения и особенностей функционирования, что определяет направление для дальнейших исследований.

Население выступает не только основным источником публичной власти, но и непосредственным субъектом ее осуществления на местном уровне, самостоятельно решая вопросы местного значения. Цель . Исследование посвящено выявлению правовых форм, цифровых механизмов участия населения в развитии территорий на основе анализа конституционных основ и документов, закрепляющих национальные стратегии развития государств участников СНГ. Методология . Использованы формально-юридический, сравнительно-правовой и системно-структурный методы. Проанализированы конституционные положения государств СНГ, модельные акты МПА СНГ, документы, закрепляющие национальные стратегии развития, научные исследования о моделях местного самоуправления и формах участия населения в управлении. Рассмотрены концепции взаимодействия и партнерства межсекторное партнерство, межсекторное взаимодействие, а также концепции сервисного государства и электронного правительства. Отдельно рассмотрены цифровые сервисы взаимодействия населения с органами публичной власти. Результаты . Выявлены группы форм участия населения (непосредственное волеизъявление, участие через органы местного самоуправления (управления), а также участие в консультативных формах), большинство из которых реализуется как в традиционном, так и цифровом формате. Установлено, что характер взаимодействия населения и власти обусловлен той моделью местного самоуправления (управления), которая признается в государствах участниках СНГ. Анализ стратегических документов показал, что учет мнения населения при планировании развития территорий закреплен лишь в некоторых из них. Выводы . Степень участия населения зависит от правовой модели местного самоуправления и от того, насколько задействованы все три группы форм участия, выраженные как в традиционном, так и в цифровом формате. Цифровые технологии существенно расширяют возможности включенности граждан, но требуют нормативной определенности и технологического обеспечения. Участие населения в развитии территорий представляет собой комплекс правовых, организационных и цифровых механизмов. Опыт государств участников СНГ подтверждает, что сочетание непосредственного волеизъявления, участия через органы самоуправления и консультативных форм, в том числе с применением цифровых механизмов, повышает вовлеченность граждан в принятие решений по вопросам развития территорий.

Цель и задачи . Статья имеет своей целью компаративный анализ формирования правовых режимов искусственного интеллекта (ИИ) в странах БРИКС, оценку текущего состояния и прогноз на ближнеи среднесрочную перспективу. Методология . Методологическую основу исследования составляет цивилизационный подход, позволяющий учитывать специфику правовой ментальности, генезиса национальных правопорядков и вариативность отношения к технологическим регуляторам в каждой из стран-участниц. Результаты . Авторы обосновывают тезис о том, что углубление кооперации в рамках объединения объективно требует синтеза двух уровней правовой формализации: международно-правового (заключение договоров) и внутригосударственного (гармонизация законодательств). На основе анализа национальных стратегий выявлены устойчивые паттерны регулирования: китайская модель «суверенного ИИ» и экспорт нормативных смыслов; индийский подход, сочетающий стратегическое планирование, гибкую адаптацию существующих норм и ставку на этику при отсутствии единого всеобъемлющего закона об ИИ; бразильская модель прецедентного регулирования через защиту данных; российский подход к стандартизации как инструменту интеграции, а также специфика ЮАР и новых членов (ОАЭ, Саудовская Аравия, Иран, Эфиопия, Египет). Особое внимание уделяется институциональной архитектуре сотрудничества, включая деятельность Совместной рабочей группы по цифровым технологиям и перспективы создания Альянса БРИКС по искусственному интеллекту. В статье систематизированы ключевые проблемы: разнородность технических стандартов, дисбаланс технологического влияния (86% генеративного ИИ приходится на Китай), фрагментация институциональной структуры и экстерриториальное давление западных регуляторов. На основе анализа Декларации лидеров БРИКС о глобальном управлении ИИ (Рио-де-Жанейро, июль 2025 г.) и текущей динамики предложен прогноз развития правовой архитектуры объединения до 2030 г., включая формирование общего рынка данных и создание Всемирной организации по сотрудничеству в области ИИ. Выводы . Авторы приходят к выводу, что российско-индийский прецедент взаимной сертификации ИИ-решений 2026 г. демонстрирует экономическую эффективность гармонизации правового регулирования и создает основу для формирования макрорегиона технологического суверенитета на собственной нормативно-правовой базе.

Цель . Цель статьи состоит в выявлении правовой природы и структуры материальных и институциональных гарантий права на здоровье в условиях интеграционного правопорядка ЕС и ЕАЭС. Методология . Методологическую основу исследования составляют формально-юридический, сравнительно-правовой и институционально-правовой методы; анализируются нормативные акты и отдельные решения Суда ЕС, определяются пределы компетенции Суда ЕАЭС. Результаты . Гарантии систематизированы по функциональному назначению: материальные охватывают нормативно-содержательные, финансово-экономические, специальные и материально-информационные элементы; институциональные органы, организационно-процедурные, судебные и квазисудебные, иные несудебные защитные и институционально-цифровые механизмы. В Европейском союзе положения учредительных договоров и вторичного права сочетаются с судебной практикой, деятельностью специализированных структур и программной поддержкой национальных систем здравоохранения. В Евразийском экономическом союзе гарантии формируются преимущественно через регулирование обращения медицинской продукции, санитарные меры и медицинское обеспечение трудящихся. Выводы . ЕС представляет наднациональную модель, сохраняющую национальную компетенцию в организации здравоохранения; ЕАЭС координационно-регуляторную модель, связанную с экономической интеграцией. Научная новизна состоит в применении единой функциональной классификации к двум моделям и выявлении различий в содержании гарантий и процедурах их реализации и защиты.

Одним из треков участия Беларуси в международном научно-техническом сотрудничестве является регион Латинской Америки и Карибского бассейна. Наибольшей интенсивностью отличаются научно-технологические и академические связи с Кубой. Цель . Цель статьи заключается в раскрытии содержания и уровня институционализации научно-технологического сотрудничества Беларуси и Кубы, что предполагает раскрытие комплекса политических предпосылок, а также правовых рамок и организационных механизмов. Методология . При достижении поставленной цели и в процессе решения исследовательских задач использовались общенаучные (системный подход, принцип историзма, принцип развития, метод статистического анализа) и частнонаучные методы (сравнительно-правовой, юридико-догматический, метод правового прогнозирования и моделирования). Результатами проведенного исследования стало выявление подсистемы правовой базы белорусско-кубинского международного научно-технологического сотрудничества, представляющей собой межправительственные и горизонтальные соглашения. Установлена система организационных структур, осуществляющих координацию сотрудничества двух стран; раскрыты состояние и уровень реализации кооперационных проектов в научно-технологической сфере и перспективы разработки тематики дальнейших направлений совместных исследований и разработок; продемонстрирована включенность в международном научно-техническом сотрудничестве Беларуси и Кубы аспектов научно-образовательного и производственно-технологического сотрудничества. Выводы проведенного исследования заключаются в том, что, во-первых, развитие и укрепление двустороннего белорусско-кубинского международного научно-технологического сотрудничества основаны на совпадении интересов двух стран по его расширению и включению новых направлений. Во-вторых, совместные проекты в области фундаментальных и прикладных разработок и, соответственно, результаты являются инструментами по укреплению и наращиванию национального научно-технологического потенциала, а также условиями обеспечения экономического развития и достижения конкурентоспособности двух стран. В-третьих, научно-технологическое и вместе с ним образовательное сотрудничество опережают реализацию проектов по промкооперации. В-четвертых, партнерским отношениям как политическому фактору научно-технологического сотрудничества коррелируют зрелые институциональные рамки сотрудничества, включающие все необходимые правовые основы и организационные механизмы. Тем не менее разработка и реализация специальной программы научно-технологического сотрудничества, а также интенсификация деятельности совместной комиссии по научно-технологическому сотрудничеству придали бы институциональным рамкам взаимодействия законченный вид.